January 16th, 2016

Дмитрий Скворцов

Полтавчанин вселенского масштаба

ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО - ЗДЕСЬ

Вернёмся к храму. Строить его начали в 1995 г. – вскоре после иерусалимского перерождения Александра Андреевича.

«Начинали рабочий день с молитвы, заканчивали молитвой, никто на стройплощадке дня не пил, не курил, – вспоминает он. – И это, наверное, было первое чудо, связанное с новейшей историей храма. Мужики-строители божились, что даже не тянуло. А ведь курильщики были с многолетним стажем! Затем, когда двое рабочих, будучи слегка «с бодуна», устанавливали ограду на могиле архиепископа, из нее вырвался огонь (подумали сначала, что трубу газовую перебили, искру выбив, то никаких коммуникаций там не было). У одного в тот день открылась язва желудка, у другого пошли нарывы по всему телу. Позже один из рабочих, трудясь на крыше трапезной, то ли молотком по пальцу себе дал, то ли ещё что, но выругался грязно с досады и боли. Так, говорит, его как будто за шиворот схватил кто-то и швырнул с крыши. Сквернослов отделался сломанной ногой. Но так мужики постепенно осознавали, что на святом месте нельзя богохульствовать.

А святость места сего Александру Собко с соработниками всё больше и больше открывалась.

Collapse )

Дмитрий Скворцов

Полтавчанин вселенского масштаба

Если задаться целью оценить вклад малороссов в мировое наследие, то окажется, что добрую половину из числа тех, чей масштаб вышел за пределы общенационального, дала одна только Полтавская область (губерния). Назовём лишь математика М.В. Остроградского, писателя и философа Н.В. Гоголя, полководцев Ивана Паскевича, Василия Завойко и Сидора Ковпака, выдающегося военного инженера и героя наполеоновских войн генерал-лейтенанта Александра Засядько, языковеда Александра Потебню, философа Григория Сковороду, литератора Ивана Котляревского, богатыря Ивана Поддубного, актрису Веру Холодную, художницу Екатерину Белокур, ректора Санкт-Петербургской медико-хирургической академии С.Ф. Гаевского.

Не оскудела талантами полтавская земля и сегодня. Один из них – десятикратный чемпион СССР, чемпион Европы, последний тренер сборной страны по мотоболу Александр Собко.

Но не о спортивных его достижениях хочется рассказать, а о вкладе в сбережение всемирного (или вселенского, если использовать церковную терминологию) наследия православной иконы. И о судьбе, в которой как в капле воды отразилось последнее двадцатипятилетние нашего проклятого (или, наоборот, благодатного?) времени.

Рождение во Гробе


Закончив блестящую карьеру игрока, Собко возглавил сборную. Поэтому с распадом СССР оказался едва ли не самым авторитетным спортсменом Полтавы. Но, как мы знаем, в эти годы понятие «авторитет» имело не одно значение. Как и «спортсмен».

Александр Собко (второй слева) во главе сборной УССР по мотоболу – призёра Спартакиады СССР

К этому времени Александр Андреевич, родившийся в семье коммуниста, капитана I ранга, был уже верующим. Но не в смысле – воцерковлённым, конечно. Ещё при Союзе его часто преследовали травмы, и Собко не придумал ничего лучше, как прибегнуть к «помощи» экстрасенсов и «ясновидящих». Не помогало. «Совершенно случайно» (как он тогда полагал) зашел в церковь. Священник убедил исповедоваться и прочитал соответствующую данному случаю молитву. После этого серьёзных травм уже не было. Когда через некоторое время спортсмен зашел поделиться с батюшкой радостью, тот подарил ему икону.

С тех пор, чтобы не случалось, Собко обращался к Богу. «И всё, что не просил, получал, – ручается. – И даже более: богатство, власть над людьми, семейное счастье… И тогда как всё вокруг погружалось в хаос и беспредел. Но у меня (в Полтаве, – Д.С.) бандитских разборок не было. Я вывел это в городе. Мои спортсмены пресекли на корню. Бандиты сюда не совались – ни харьковские, ни донецкие. Порядок был в Полтаве. Тишина. Предприниматели работали без риска для жизни и здоровья, развивались. Приедет залётная бригада – покормим и вывезем с «почётным» караулом за город: «Всего хорошего!». Киевские «воры в законе» и «авторитеты» все самые известные сюда приезжали. Выпьем, поговорим, придём к согласию. В общем, устроили тихую гавань из Полтавы».

Но за всё это и благодарил. Как умел.

В конце июня 1992 г. он узнал по своим каналам, что низложенный бывший экзарх Украины Филарет готовит «реванш» – захват Киево-Печерской Лавры.

«Унсовцы Корчинского там были больше для красивой картинки, – вспоминает Собко. – Всю самую грязную работу, с вывозом особо сопротивляющихся священников, монахов и православных активистов в лес, должна была осуществить хорошо известная в Киеве «бригада». Накануне захвата мы «забили стрелку». Я пошёл на встречу сам. Без ребят. Конечно, вооружился убийственными (во всех смыслах) аргументами.

Collapse )